Дело профессора Курганова. Кто придумал 110 миллионов жертв Сталина?

Aвтoр «Aрxипeлaгa ГУЛAГ» oпeрирoвaл дaнными кoллaбoрaциoнистa и прoпaгaндистa Трeтьeгo рeйxa.

Ивaн Кургaнoв. © /

Commons.wikimedia.org

«И вo скoлькo жe oбoшлoсь нaм этo „срaвнитeльнo лёгкoe“ внутрeннee пoдaвлeниe oт нaчaлa Oктябрьскoй рeвoлюции? Пo пoдсчётaм эмигрирoвaвшeгo прoфeссoрa стaтистики И. A. Кургaнoвa, oт 1917 дo 1959 гoдa бeз вoeнныx пoтeрь, тoлькo oт тeррoристичeскoгo уничтoжeния, пoдaвлeний, гoлoдa, пoвышeннoй смeртнoсти в лaгeряx и включaя дeфицит oт пoнижeннoй рoждaeмoсти, — oнo oбoшлoсь нaм в… 66,7 миллиoнa чeлoвeк (бeз этoгo дeфицитa — 55 миллиoнoв)».

Этa фрaзa изо прoизвeдeния Aлeксaндрa Сoлжeницынa «Aрxипeлaг ГУЛAГ» в кoнцe 1980-x — нaчaлe 1990-x в целях oпрeдeлeннoй чaсти нaшeгo oбщeствa стaлa только-только ли нe глaвным дoкaзaтeльствoм тoгo, чтo жeртвaми репрессий в Советы стали десятки миллионов лицо.

История одной книги: «Архипелаг ГУЛАГ»

Алекс Исаевич ссылался на эмпирика профессора Курганова неоднократно. Апофеозом, наверно, можно считать интервью писателя испанскому ТВ 20 владычица 1976 года: «Педагог Курганов косвенным путём подсчитал, в чем дело? с 1917 года по 1959 исключительно от внутренней войны советского режима противу своего народа, то есть ото уничтожения его голодом, коллективизацией, ссылкой крестьян в уничтожение, тюрьмами, лагерями, элементарными расстрелами — только ото этого у нас погибло, совместно с нашей гражданской войной, 66 миллионов массы… По его подсчётам, да мы с тобой потеряли во Второй вселенской войне от пренебрежительного и неряшливого её ведения 44 миллиона публики! Итак, всего мы утратили от социалистического строя 110 миллионов душа!»

Семейные хроники

В 2014 году в материале АиФ.ru «Вотан факт Александра Исаевича. Отчего Солженицын — писатель, а не ксенофонт?» ваш покорный слуга детально разбирал, какую методику применял профессор Курганов в своих расчетах и объединение какой причине она неверна.

Но тогда мы лишь косвенно коснулись биографии Ивана Алексеевича Курганова. А даст сто гораздо подробнее поговорить об этом человеке.

Ее самое Иван Алексеевич не обожал распространяться о себе, зато его дочка, Римма Нератова, написала записки под названием «В полоса войны: Семейная хроника». В аннотации книги, изданной в России ещё в 1996 году, говорится: «Бросание Ивановна Нератова — маринист , жила и училась до Следующий мировой войны в Петербурге — Ленинграде. В последствии первой зимы блокады Ленинграда с институтом отца, профессора И. А. Курганова, была эвакуирована сверху Кавказ. До 1950 лета жила с родителями сначала в Польше, затем — в Германии. В книге описывается жизнь семьи кайфовый время и после войны».

В свое присест эта книга, воспринятая многими наравне «блокадные мемуары», прошла мимо интереса широкого круга читателей. И тщетно. Ибо по сути собственной это откровенные признания человека, вставшего держи путь сотрудничества с нацистами. Но теперь ее подробно изучил компилятор интернет-проекта Tubus Show Егор Иванов, посвятивший немало времени анализу данных мемуаров.


«Архипелаг ГУЛАГ»: очами писателя и статистика

Подробнее

Дехканский сын Кошкин

Но чтобы начала поговорим о молодости Ивана Алексеевича Курганова. Точнее, Ивана Кошкина, ибо вымышленный «Курганов» некто взял уже в пятидесятые годы, в эмиграции.

Иванюха Алексеевич Кошкин родился в деревне Займище Шалаховское Троицкой волости Яранского уезда Вятской губернии. Общекрестьянский сын Кошкин в девять с половиной планирование начал работать по найму рассыльным в волостном управлении и писцом, потом трудился на заводе, затем отправился в Сибирь. В городе Кургане, завершив курсы, Кошкин получил работу бухгалтера.

В 1915 году, завершив экстерном Курганскую гимназию, одолжил должность главного бухгалтера Уральского союза потребительских обществ. Нет слов время Первой мировой войны Кошкин окончил школу прапорщиков, участвовал в поединках на Кавказском и Западном фронтах, потом демобилизовался и вернулся в Курган.

Кайфовый время Гражданской войны Кошкин примкнул к Колчаку, став офицером Белоснежной армии. Впрочем, армейская услуги его не прельщала, и по малом времени он уволился, вернувшись к работе в кооперации.

Полезный адмирал. Какие неразгаданные секреты окружают биографию Колчака

В последствии разгрома Колчака Красной армией Кошкин был арестован, кое-какое время провел в тюрьме, но после несколько месяцев был освобожден, вновь устроившись на работу в области специальности.

В 1921 году Кошкин снова ненадолго был арестован изо-за своего колчаковского прошлого, впрочем вердикт компетентных органов был таков: в Белоснежную армию был призван точно по мобилизации, имеет крестьянское родословная и не представляет угрозы в целях советской власти.

Офицер Колчака в Стране Рекомендаций: фантастическая история успеха

Бери этом история злоключений советского гражданина Ивана Кошкина заканчивается. Наступает история его успеха.

К 1941 году в прошлом рядовой бухгалтер успел сковаться профессором, доктором экономических наук, и занимал аппаратура декана финансового факультета Ленинградского финансово-экономического ВУЗа. Бывший офицер армии Колчака превращается в «красного профессора», звезда финансовой мысли, и на нем никоим образом не сказывается «большущий террор» 1937-1938 годов.

Сообразно книге Риммы Нератовой, задруга профессора Кошкина к началу войны располагала квартирой в центре Ленинграда, дачей в Сосновом Бору. Семья был полон дорогого столового серебра, сервизов, ковров, редкостных книг, на стенах висели подлинники картин русских классиков живописи.

В соответствии с советским меркам того времени Кошкины были зажиточными людьми и их обеспеченность был куда выше среднего. Во как издевался сталинский работа над семьей бывшего офицера армии Колчака.

Двум дочери профессора учились в престижных вузах, состояли в комсомоле, но немилосердно ненавидели власть.

257 свидетелей истины. Кто и как помог Солженицыну окончить его «ГУЛАГ»

«Отчего-то наша семья не беспокоилась, в чем дело? немцы захватят город»

И с началом войны с Германией весь семья Кошкиных начинает снаряжаться к приходу немцев. Студентка медицинского ВУЗа Римма Кошкина-Нератова в собственной книге сетует на ведь, что ее с другими студентками отправили держи строительство оборонительных рвов. К счастью, сношения папы помогли освободить девушку через работы.

«Папа произнес, что университет, институты решено и подписано оставить в Ленинграде. Почему-ведь наша семья не беспокоилась, как немцы захватят город, и потому не рвалась в эвакуацию», — пишет Риммура.

Судя по всему, в окружении Кошкиных такие настроения были не редкостью. 

«Встретила студентку-однокурсницу, дочухна известного хирурга Александрова. „Вас тоже остались? Папа произносит, что немцы Петербург бомбардировать не будут, а возьмут его неповрежденным!“ Этому веровали многие тогда, и даже чуть-чуть злорадствовали, когда немцы стали бомбардировать Москву: „Знают, идеже враги засели, так им и надобно. Нас не тронут, наш брат петербуржцы!“» — сообщает доченька профессора Кошкина.

Идут тяжелейшие сражения, персонал отдают последнее для фронта, а между сытых и довольных жизнью отпрысков ленинградской элиты царит ехидность: ура, убивают москвичей, света, скоро придут немцы!

Но возьмите город с ходу у немцев не удалось, и, взяв его в тиски блокады, они беспощадно начали уничтожать население: голодом, артобстрелами, авианалетами. Семье Кошкиных довелось перенести тяготы блокадной зимы, пускай бы они страдали куда не в такой степени. Ant. более, чем их земляки, так как профессор считался особо ценным специалистом и его снабжали дополнительным пайком.


«Лицо нарывало с холода». Блокадница — о буднях войны и эвакуации в Кашлык

Подробнее

Молчаливое ликвидирование

А весной 1942 года Кошкиных совместно с другими сотрудниками института эвакуировали с Ленинграда.

В мемуарах Риммы Нератовой есть одна элементарно отвратительная сцена. Когда ленинградцев еще вывезли на «Большую землю», местные обитатели накрыли им стол с обильной пищей. Не знали принимавшие блокадников гоминидэ, что такое угощение угоду кому) людей может быть летально опасным. Образованные члены семьи Кошкиных знали, и ели весьма осторожно. Но тем, кто именно был рядом с ними, они ничего не произнесли, обрекая уже почти спасенных людей в мучительную смерть.

Гены стойкости. Отчего блокадники выжили вопреки законам природы

Профессора Кошкина совместно с его институтом перевезли в Ессентуки. Возле этом он был назначен исполняющим круг обязанностей директора ЛФЭИ. Жизнь получи и распишись теплом юге, среди минеральных вод и изобилия продуктов, взяв семь раз вполне устраивала. Но незадолго наступление немцев создало угрозу захвата Ессентуков. Началась новая вывоз.

А что же Кошкины?

Надобно отдать должно Римме Нератовой: симпатия единственная, кто в тот грань еще как-то связывал себя с родиной.

«Ми казалось, — пишет возлюбленная, — что надо произвести все, чтобы уходить и не попасть к немцам… Ми казалось, что сумеем попасть в Кашлык и там отсидимся….

Сестра с возбужденным фасом возражала мне, спорила: ей казалось, сколько перед ней открывается к чему на Запад, в Европу… Когда-когда папа услышал, что я хочу отходить, он очень рассердился и запретил ми даже думать об этом».

Зая и Тоня. Как становятся героями и предателями

Ото управы — к пропаганде

Покорная дочь Римма выполнила волю отца. В последствии занятия немцами Ессентуков знаток Кошкин поступает на службу в материальный отдел созданной гитлеровцами управы. Дочери профессора идут получи службу к немцам переводчицами. Истина, предварительно они закапывают домашние комсомольские билеты: а вдруг сгодятся?

Таким образом, успешный серпастый профессор, которого никоим образом не коснулись репрессии, по собственной воле и сознательно переходит на сторону гитлеровцев и добивается такого же шага через своих дочерей.

Когда же расположение на фронте разворачивается не в пользу фашистов, Кошкины начинают отходить вслед за гитлеровцами.

Ученый Кошкин находит себе новый род деятельности. Слово Римме Нератовой: «„Винета“ была обширным учреждением, объединявшим несметное численность русских, не только кормившихся кругом него, но и избавленных этой службой через работ на заводах и фабриках… Отдел давала право получать продуктовые карточки, а ее аксессуар к Министерству пропаганды освобождала ото отправления на работы в промышленности. И в этом-ведь учреждении папа получил службу».

«Винета» — сие структурное подразделение восточного отдела Министерства народного просвещения и пропаганды Третьего рейха, агитационный рупор, направленный против Советского Союза. Таким образом, совковый профессор Кошкин становится бойцом агитпропа Йозефа Геббельса.


Йозеф Геббельс. Ни дать ни взять министр пропаганды «шел к успеху», забывая образ мыслей

Подробнее

«Я работала к министерства до самого нашего отъезда с Берлина весной 1945 возраст»

Из мемуаров Риммы Нератовой подобает, что их семья слишком надеялась на армию Власова, а благодетель был близок к самому генералу. Подле этом в эмигрантских справочниках утверждалось, почто во власовский Комитет избавления народов России его не взяли с-за «антинацистских взоров».

Путь предателя. На правах сдавался в плен генерал Власов

Ни дать ни взять было на самом деле, рассказывает в своих мемуарах падчерица профессора: «В Берлине получился приказ о том, что любое учреждения, не работающие к военной промышленности, должны отметить часть служащих для работы в оборонной промышленности. Папу изо „Винеты“ слишком быстро отчислили и отправили в завод. Во власовский Комиссия его тоже не приняли, а желали ввести в президиум, о чем Власов выразил раскаяние».

Война катилась к концу, и немцам таким образом уже не до идеологической обработки советских граждан. Мастак Кошкин кинулся было к Власову, но в дальнейшем все теплые места уж были разобраны: пришлось на побегушках) Рейху в качестве сварщика.

Но несмотря на все вышесказанное сотрудницей Министерства пропаганды стала его дочурочка Римма. «Я работала к министерства до самого нашего отъезда с Берлина весной 1945 годы», — сообщает доксограф мемуаров.

«Курганов является свойственным представителем эмигрантской демографической науки. Быстрее, псевдонауки»

Дальнейшую судьбу семьи Кошкиных не похоже что ли стоит разбирать детально. Поработавшие на гитлеровский агитпроп благодетель и дочь избежали выдачи Советскому Союзу, укрывшись в британской зоне оккупации. 

Серпастый «хамелеон». Как полковник Буняченко Родину продавал

Мастак Кошкин взял себе звонкий псевдоним «Курганов» и занимался антисоветской пропагандой вплоть перед самой своей смерти в Нью-Йорке в 1980 году. Рассматривать его труды научными отказывались инда в среде эмиграции. Вот, к примеру, что же о них писал известный демограф-невозвращенец Сергей Максудов: «И. Курганов является свойственным представителем эмигрантской демографической науки. Быстрее, следовало бы сказать, псевдонауки. Этак как подлинно научное направленность не замыкается на личный результат, а рассматривает все имеющиеся в соответствии с данному вопросу сведения, не исходит с априори известных предпосылок, а жаждет к установлению истины, какой бы неожиданной возлюбленная ни была, пересматривает свою методику почти воздействием критических замечаний. Сии признаки почти полностью отсутствуют у рассматриваемой школы. Они печатаются в нескольких известных изданиях… не стараются проанализировать, почему у западных демографов прочие результаты, а обычно просто замалчивают их изучения или выхватывают из них отдельные угодные про концепции сведения, очень агрессивно относятся к любым критическим замечаниям и, декларируя в словах заинтересованность в установлении правды, отказываются обсуждать вопросы согласно существу».

Опоздал возвратиться. Почему соотечественники не приняли Солженицына

Мнук профессора Курганова строил семейство Солженицыну

Но благодаря Александру Исаевичу Солженицыну записки бывшего пропагандиста Третьего рейха перед сих пор некоторыми считаются источником настоящих данных, свидетельствующих о «чудовищных преступлениях коммунистов». Не является ли сие той самой фальсификацией истории, о коей часто говорят российские руководящие круги?

Автор «блокадных мемуаров» Римуля Нератова в эмиграции вышла замуж, была популярна как художник и исследователь искусства. Сынок сотрудницы Министерства пропаганды Третьего рейха Лексаня Нератов стал архитектором в USA. Материалы с участием Нератова, приуроченные к архитектуре США, публиковались проектом «Гордец». Там же получилось найти и краткую автобиографию Саня Нератова, в которой обратил в себя внимание один оченно интересный момент: «С любопытных фактов биографии ведь, что первой работой в последствии Корнельского университета было основание дома Солженицыну в Вермонте».

Остановка замкнулся.

Добавить комментарий

Ваш e-mail не будет опубликован. Обязательные поля помечены *

1 × два =